За дело берется детский омбудсмен

дата: 06.10.2017

25 сентября в администрации Усть-Илимска прием населения вела уполномоченный по правам ребенка в Иркутской области Светлана Семенова. С чем обращались к ней устьилимцы? В каких, вообще, ситуациях за дело берется детский омбудсмен? Об этом в интервью со Светланой Николаевной

- Светлана Николаевна, в интересах детей в нашей стране работает целая система различных институтов, учреждений. Детьми занимаются образование, здравоохранение, прокуратура и т.д., каждый в своей сфере. Почему понадобился еще и уполномоченный по правам ребенка?

- Да, к сожалению, не все понимают, для чего вообще создан институт уполномоченных  по правам человека. Уполномоченный по правам человека защищает интересы граждан тогда, когда органы местного самоуправления, органы государственной власти свои задачи не выполняют, нарушая своим бездействием или ненадлежащим действием права конкретного человека.

Соответственно, мои задачи как уполномоченного по правам ребенка – восстанавливать нарушенные права ребенка, обеспечивать защиту прав и законных интересов детей. Институт уполномоченных по правам ребенка встает на защиту прав ребенка тогда, когда система, которая должна работать, не срабатывает. Т.е. мы другие институты не  подменяем. В Иркутской области работает целый аппарат уполномоченного по правам ребенка.

Еще одна наша задача – правовое просвещение граждан. Так что, в принципе, к нам можно обращаться по любым вопросам. Мы оказываем правовые консультации, например, в какой ситуации куда лучше обратиться. Например, звонит мамочка и говорит, что у ее ребенка в детсаду большие проблемы – воспитательница обидела. Мой первый вопрос: «Вы к заведующей обращались?». В ответ: «Нет, не обращалась, я решила сразу к вам, потому что к заведующей ходить бесполезно». Нет, так не пойдет! Задача мамы –  обратиться к заведующей, попытаться самостоятельно решить свою проблему. А вот когда заведующая не будет реагировать, тогда, конечно, можете к нам. Но при этом мы ориентируем, что в такой ситуации лучше сделать. Или поясняем, почему человек не прав, если мы не видим нарушения прав ребенка.

Часто люди приходят к нам, когда уже идет судебное разбирательство. У меня нет полномочий оказывать сопровождение в суде. Но мы готовим пакеты процессуальных документов, подготавливаем людей к самозащите.

Много обращаются к нам по частноправовым спорам, когда две стороны с отдельно проживающим родителем и ребенком начинают спорить  по поводу ребенка. Вопрос часто доходит до суда – близкие родственники просят определить порядок общения с ребенком. Вот бабушка пишет: «Мне зять не дает видеться с внуком. У меня с ним конфликт. Они мне ребенка не дают. Есть судебное решение. Приставы не работают». В таких ситуациях наш настрой таков: грамотно проконсультировать и в любом случае нацелить человека на конструктивное решение споров в интересах ребенка, потому что в этом случае все мы понимаем, что ребенок – это объект манипулирования двух сторон. Мы можем проконсультировать по поводу экспертизы, по поводу правильных действий, но реальных рычагов изменить ситуацию, если стороны этого не хотят, у нас нет.

- Куда и как к вам можно обратиться?

- У нас есть свой официальный сайт:  www.irdeti.ru. Или прямо в поисковой строке напишите «уполномоченный по правам ребенка Семенова», выйдет ссылка на сайт. Там вся информация о нашей деятельности: материалы, доклады, спецдоклады, методички.

Я публично обязана отчитываться перед депутатами Заксобрания о своей работе как минимум раз в год, а со спецдокладами еще чаще. В 2016 году, помимо основного доклада, сделала еще два спецдоклада по отдельным вопросам образования и о праве ребенка на семью. Познакомиться с ними можно на нашем сайте в разделе «Деятельность».

Можно обратиться к нам и по электронной почте: rebenok.irk@mail.ru.

Наши телефоны работают круглосуточно. Горе и беда приходят внезапно, в любое время по любому номеру можно звонить, они все переводят либо на меня, либо на дежурного специалиста. +7 (9352) 34-19-17 – телефон-факс приемной. Прямой мой телефон 24-17-15. Адрес: ул. Горького, 31, каб. 105.

Мы та служба, которая консультирует устно. У нас есть телефон доверия, куда можно позвонить и узнать, как поступить в той или иной ситуации, и мы устно консультируем. И повторюсь, мы подключаемся, когда система, которая должна работать, не срабатывает.

- Светлана Николаевна, а как вы взаимодействуете с этой самой системой? Есть ли у вас какие-то рычаги воздействия на нее?

- У меня достаточно рычагов, о которых вы говорите. Основной – это закон о воспрепятствовании деятельности уполномоченного. По этому закону у меня беспрепятственный доступ во все органы власти, право первоочередного приема, право законодательной инициативы. Только в прошлом году по моей инициативе было принято два областных закона: о создании городских комиссий в Братске и Иркутске, об обучении детей, не имеющих основного общего образования. Я уж не говорю о поправках к законам – по моей инициативе было принято более 20 поправок в действующее законодательство.

Но, несмотря на такие мощные рычаги воздействия, я всегда ориентирована на то, чтобы найти общий язык с органами местного самоуправления, нам нечего делить.

Когда к нам поступает жалоба, я первым делом звоню руководителю ответственного органа. Зачастую этого достаточно. По закону о воспрепятствовании деятельности уполномоченного я могу привлечь к административной ответственности орган, который не выполняет требования уполномоченного. Но за время моей работы я пока этим правом ни разу не воспользовалась – не было необходимости. Мы спорим, не всегда соглашаются со мной многие руководители по каким-то вопросам. Но неизменно мы приходим к консенсусу.

Вот, например, последняя жалоба по Усть-Илимску. Ночью позвонила мама-опекун: «Помогите, мне отказали в выплате единовременного пособия по ребенку». В январе она взяла ребенка на добровольную опеку по согласию. В июле настоящую мать лишили прав, ребенок приобрел статус оставшегося без попечения родителей. Женщина только в июле 2017 года переоформила опеку над ним. Пришла в соцзащиту в сентябре, где ей пояснили, что она пропустила 6-месячный срок, потому что оформляла опеку с января, и не имеет значения, какая это была опека – по согласию или нет, поэтому в пособии ей отказывают.

Нам удалось решить этот вопрос за 15 минут. Я тут же позвонила заместителю начальника управления соцзащиты. На следующий день у женщины приняли документы, но сказали, что решение принимает минсоцразвития. Я говорю: «Я жду от вас информации, если министерство примет решение отрицательное, это вопрос уже моего вмешательства, и я буду судиться, потому что я вижу нарушения». Через пять дней министерство дало положительный ответ, вопрос был решен.

- Расскажите, с какими вопросами к вам обращались устьилимцы на вашем выездном приеме? Все ли они были по вашему профилю?

- Не везде, конечно, было прямое нарушение прав детей, но, тем не менее, все вопросы были к нам, потому что на сегодня эти граждане не могут на месте решить вопрос.

Первой ко мне пришла мамочка ребенка, страдающего ДЦП, с просьбой помочь с определением ребенка в детский сад. Этот вопрос мы накануне обсуждали с Любовью Афанасьевной (Прониной, начальником управления образования, – ред.). Договорились, что надо обратить внимание на состояние ребенка, потому что у нас в саду нет постоянно дежурящих медиков. Есть у ребенка эпилептический синдром? Может ли он сам кушать? Нужны ли памперсы? Есть много нюансов, которые надо было уточнить, чтобы создать условия для пребывания ребенка в детском саду. Мама четко пояснила, что ребенок с сохранным интеллектом, самообслуживание в норме. Единственное, что передвигается только с ходунками, а значит, сопровождающий ему, скорее всего, нужен. Но, в общем, вопрос можно считать решенным. Любовь Афанасьевна пообещала, что ребенка обязательно возьмут в детский сад, только по определенному режиму, рекомендованному психолого-медико-педагогической  комиссией.

Второе обращение – с вопросом о неправильной постановке диагноза. Со слов мамы, в травматологии ребенку, повредившему ногу, поставили диагноз «ушиб». От этого и лечили. А оказалось – перелом  ноги со смещением… Теперь мама хочет привлечь врачей к ответственности и возместить материальный ущерб, связанный с лечением ребенка. Однако мамочка сделала ошибку, она не обратилась своевременно к руководству медучреждения для проведения служебного расследования, а уголовное расследование зашло в тупик. Мама не обращалась в гражданском порядке, чтобы взыскать с недобросовестного врача затраты, у нее сейчас проблема с меддокументами, она отдала (без расписки, - ред.) все рентгенснимки инспектору по делам несовершеннолетних. Мы ей рекомендовали собрать все документы, а мы поможем ей составить иск в суд в гражданском порядке. Параллельно я свяжусь с прокуратурой, напишу, чтобы проверили законность непривлечения к ответственности.

Третьему обратившемуся нужна была, как оказалось, просто консультация, там нет никакого нарушения. У мужчины умерла бывшая жена. В наследство их общему ребенку она оставила долю в квартире и множество непогашенных кредитов. Мужчина хотел узнать, как поступить в этой ситуации, как отказаться от наследства, что делать с долей в квартире, которая является собственностью ребенка. На все свои вопросы он ответы получил.

- С какими еще вопросами к вам обращаются устьилимцы? Все ли они в вашей компетенции?

- С января 2017 года в аппарат уполномоченного по правам ребенка поступило 17 письменных обращений от жителей Усть-Илимска. Среди них – об оказании содействия в обжаловании решения суда по определению места жительства, об оказании содействия в соблюдении невесткой порядка общения с внучкой. В основном обращения – по  частноправовым спорам. Поясню: спор между членами семьи – это ничья компетенция. В этом споре ребенок лишь инструмент. Один считает, что при помощи исполнительного листка может взять ребенка в любое время. Другая никогда ребенком не занималась, 10 лет где-то пропадала, из ниоткуда появилась – и решила ребенка из привычной среды забрать… А ребенок ее и знать не знает! Приходится выступать медиатором, действовать в таких ситуациях можно только методом убеждения. С одной стороны, мать, которая, как каждый человек, имеет право на ошибку, с другой стороны – бабушка, которую ребенок матерью считает. А между ними – ребенок… Взрослые в таких ситуациях зачастую ребенка вообще не видят. Опять же случай в вашем городе. Мужчина пришел в управление образования с просьбой… не выделять ребенку место в детском саду,  мол, его бывшей супруге слишком хорошо житься будет. Или другая ситуация: по судебному решению жена обязана в воскресенье с 8 до 11 часов отдавать ребенка отцу. Она его просит: «Да ты подожди, он же на тренировку идет». А он ни в какую: «Нет, ты мне обязана дать, ты мне его дашь». Опять взрослые забывают об интересах ребенка…

- Спасибо за интервью, Светлана Николаевна.

Галина САМОДУМОВА

Газета "ВЕСТНИК Усть-Илимского ЛПК"